В новой схеме генерального плана тех лет «Зарафшан» — очень заметная фигура. Он не только располагается на главной городской пешеходной оси, но и проектируется как самый большой ресторанный комплекс города. Можно сказать, что «Зарафшан» сам по себе — это уже определённый тренд: формат и масштабы заведения означают начало нового этапа развития культуры, в которой советское тесно переплетено с национальным, а сугубо традиционное — с ультрасовременным.

Если погрузиться в историю места, на котором был построен «Зарафшан», то обнаруживаются следующие факты: до революции на этом месте находился торговый дом предпринимателя с греческими корнями Дмитрия Николаевича Захо. Начав в Ташкенте с маленькой табачной лавочки, уже через пару лет Захо отстраивает дом с магазином, а затем постепенно захватывает и весь квартал под строительство своей торговой империи.

Революция 1917 года нарушает далеко идущие планы: имущество Дмитрия Захо национализируют, и торговый дом с таким заметным центральным положением в городе становится Дворцом труда. Остальная застройка квартала была представлена одноэтажными строениями и рестораном «Регина». Здания сохранились в своём дореволюционном виде до самой реконструкции проспекта Карла Маркса. В послевоенные годы здесь появляется один из центральных ташкентских магазинов, что-то вроде московского «Елисеевского».

Задание на проект нового ресторанного комплекса, как и ожидалось, попадает в «Ташгипрогор», под руководство молодому, но уже довольно опытному архитектору Владимиру Спиваку. В 1966 году ему 35 лет, и к этому моменту он уже руководит группой архитекторов. На счету Владимира Лазаревича участие в нескольких проектах различного масштаба: от градостроительного проекта жилого района «Куйлюк-7» на 16 000 жителей в южной части Ташкента до более мелкого масштаба — проекта детского сада на 140 мест, а также проект торгового центра с рестораном «Чиланзар» в одноимённом жилом районе.

В процесс проектирования активно включился соавтор проекта, архитектор Рустам Меметов. На пару со Спиваком они сделали макет из простых спичечных коробков, который и определил всю будущую форму и пластику здания. Лаконичные объёмы, то выступающие консольно, то опирающиеся на колонны, выявили всю структуру здания, обнажили его сущность. В промежутках между этими объёмами встала и широкая обходная галерея, вольготно разместившаяся снаружи по периметру здания и внутри двора.

За годы работы команда проекта «Зарафшана» становится по-настоящему единым организмом. С момента начала проектирования в 1966 году до момента сдачи здания в эксплуатацию и торжественного открытия в 1982-м проходит долгих 16 лет. Обычная история для советской архитектурной действительности: стройки затягиваются из-за нестабильного финансирования или других всевозможных причин, а качество строительных материалов зачастую не отвечает требуемым нормам. При приёмке работ заказчики на многое закрывают глаза, лишь бы работы выполнялись в срок и к нужной дате. Эта история не обошла стороной и «Зарафшан».

Архитекторы Узбекистана в советские годы много занимаются переосмыслением традиционных подходов к архитектуре в попытках подружить старый уклад с социалистическим бытом, и «Зарафшан» встаёт в авангарде этих типологических наработок. В нём местное тесно переплетается с интернациональным, современное — с традиционным, и всё вместе это формирует своеобразный и неповторимый облик узбекской модернистской школы. На старых фотографиях объём размером с целый квартал выглядит лёгким, почти воздушным. Кажется, что «Зарафшан» приподнят над землёй, а объёмы помещений то задвигаются внутрь, то наоборот, выступают наружу, обнажая и демонстрируя свои поверхности.

Комплекс по-прежнему стоит в центре города, но его облик сильно изменён — после приватизации и сдачи помещений в аренду разным предпринимателям и нескольких ремонтов фасад и прилегающие галереи утратили первоначальную целостность. Появились разностильные вывески, витрины, современные облицовочные материалы, дополнительные пристройки/перегородки, внешние кондиционеры, ограждения и пластиковые элементы. В результате белоснежный строгий модернистский силуэт стал пёстрым, «рекламно-коммерческим» и потерял многие оригинальные детали. «Зарафшан» остаётся узнаваемым местом и по-прежнему важной городской меткой, но сегодня это не тот чистый образ советского модернизма, который проектировался в конце 1960-х—1970-х. Коммерциализация и «ремонт по частям» сделали здание более практичным для арендаторов, но одновременно сильно повредили архитектурную целостность и фасадный облик.

Современная реконструкция ресторана «Зарафшан» должна отвечать духу времени, соединяя социальные запросы, требования устойчивого развития и новые технологии. Сегодня ресторан перестал быть лишь местом для трапезы: это культурный и социальный центр, где люди хотят не только есть, но и общаться, работать, учиться, участвовать в событиях. Пространство должно быть гибким и многофункциональным, включать залы разного масштаба, зоны уединения, семейные пространства, а также открытые площадки, интегрированные с городом. Важным становится ощущение подлинности: гости ценят атмосферу, связанную с историей здания и локальной культурой, а значит сохранение фасада и исторических элементов становится не просто архитектурным жестом, а основой идентичности проекта.

Не менее значимым является аспект устойчивого развития. В условиях ташкентского климата особенно актуальны пассивные методы охлаждения и естественная вентиляция, использование солнцезащиты, навесов и дворовой зелени. Здание должно собирать и экономно расходовать воду, использовать солнечную энергию и локальные материалы — кирпич, дерево, керамику, которые подчеркивают национальный колорит и снижают экологический след. Внутренний двор-сад с водой и деревьями становится не только эстетическим, но и климатическим решением, создающим прохладу и атмосферу уюта.

Третьим важным аспектом являются новые технологии. Современные материалы и конструкции позволяют легко соединять старое здание с новыми пристройками, сохраняя исторический облик и при этом обеспечивая функциональность. Умные системы управления светом, климатом и водой позволяют снизить эксплуатационные затраты и повысить комфорт. Открытая кухня, шоу-пространства и цифровые сервисы превращают гастрономию в интерактивный опыт, а дополненная реальность или мультимедийные экспозиции могут рассказывать историю самого здания и района, в котором оно расположено.

Таким образом, «Зарафшан» должен стать современным городским оазисом, в котором история фасада и атмосфера традиционного узбекского двора соединяются с зелёными стандартами и новейшими технологиями. Это пространство, где прошлое и будущее встречаются в единой точке, а гости ощущают себя частью живого культурного процесса.

«Реставрация + адаптация» (по примеру Café Pushkin, Москва): — Сохраняется внешний фасад здания в его историческом виде (кирпич, резные детали, лепнина). — Внутри — современное инженерное наполнение, но интерьер стилизуется под эпоху (например, традиционные узбекские орнаменты, резьба по дереву, керамические панно). — Идея: гость видит исторический фасад, заходит внутрь и попадает в пространство, где сохранена «душа старого Ташкента».

Архетип двора: — Традиционный для Средней Азии образ: дом или махалля всегда строились вокруг внутреннего двора. — Символ: укрытое пространство, в центре которого жизнь (общение, трапеза, праздники). — Для ресторана: главный зал и террасы можно организовать вокруг зелёного двора-сада с водой (фонтаны, арык). Это обеспечит и климатический комфорт (тень, прохлада).