Мой проект — это погружение в книгу Нади Совы «Станция Лихо»
А именно сборник сцен из книги «Станция Лихо» Нади Совы. Это первая часть из четырех книг посвященных «Ладному миру». Если ты ещё не знаком с этой историей — вот пара слов о ней. Это фольклорные городские ужасы, которые случаются не где-то в лесах, а прямо под нашими ногами. Всё начинается в Москве, а точнее — в метро. Это история о девушке, которая попала в параллельный мир. Там она стала спасительницей, вот только цена у спасения здесь особая…
Чужая станция.
Дорога в вуз выдалась тяжёлой. Яна задремала под стук колёс — и провалилась в сон без сновидений. Голос диктора выдёргивает её в реальность: объявляют её станцию. Яна вскакивает, вылетает из вагона — и только на платформе понимает: работы в руках нет. Оставила где-то в вагоне. Но это уже неважно. Потому что следом приходит другое понимание: станция не та. Совсем не та. И мир — тоже.
Чужие окна.
Яна заходит в квартиру. Всё знакомо до мурашек: те же обои, та же мебель, тот же свет. Но что-то не так. Слишком тихо. Слишком пусто. Слишком чужое. Она хотела увидеть, как в этом мире выглядит её дом. Похож. Но всё же не её.
Взгляд падает на окна.Птицы. Чёрные, огромные, страшные. Зависли в воздухе за стеклом — и не шевелятся. Просто смотрят. Ждут. Но кого?
Знат.
Как же так? Почему он умер? Почему его убили? Был ли шанс спасти? Яна смотрит и не верит. Знат лежит в поле — почти как на её картине. Как она смогла нарисовать того, кого не знала? Пальто, которого она никогда не видела, поза, которую не могла придумать, сама смерть, которую нельзя угадать. А потом понимает. Последний знающий — это она. Всегда была. Она видела его. Его смерть. Потому что знала. Потому что всегда знала. Надо проснуться. Это не её мир. Надо спастись. Ради Зната.
Возвращение.
В своём мире Яна не находила места. Подарок Зната жег ладонь — и помогал видеть больше. Теперь она замечала: существа есть и здесь. Всё это было не сном. Знат умер, спасая свой мир. Но если спасителя больше нет — тот мир умрёт вместе с ним? В голове столько вопросов. Но ответ только один: надо вернуться. Яна сжимает подарок. — Я вернусь. Я помогу — и вернусь. Раз. Два. Три. Вода — это переход.
Больной дуб.
«Ладный мир» болеет. Одна из ветвей начала гнить. Медленно, но верно болезнь ползёт дальше — и если не остановить, может перекинуться на всё дерево. Город закрылся не просто так. Это не защита, это последняя попытка удержать заразу. Кот старается как может, но этого недостаточно. Болезнь проникла глубже, чем он думал. Нужен другой план.
Новый цикл.
Ветка дуба качнулась, Столетница прижалась спиной к стволу, кот свернулся рядом, ворон устроился ближе. Внизу, в Поле, две души— светлые, лёгкие, они ступают по колосьям, и ветер расступается перед ними. Тихо. Мирно. Так и должно быть.
Нора смотрит и молчит. Усталость разлита по всему телу, тяжёлая, как свинец, но внутри — ни горечи, ни сожаления. Только тишина.
Кот жмурится на закат. В его глазах, прикрытых рыжей шерстью, нет покоя. Он чувствует то, чего не видят другие: воздух дрожит, время ускорилось, колесо сдвинулось с места. Новый цикл начался. И, кажется, это начало конца.
