
Рубрикатор
I. Концепция и выбор темы II. Ключевой вопрос и концепция III. Богоматерь: Оранта и Прекрасное окно IV. Благовещение: диалог у арки и свет сквозь стекло V. Христос: Пантократор и аналогическое окно VI. Заключение VII. Библиография и источники изображений
Концепция
Тема родилась из простого наблюдения. В Софии Киевской и в готических соборах Франции встречаются одни и те же образы: Богоматерь, Благовещение, Христос во славе. Сюжеты узнаваемы, иконография почти совпадает, но смотреть на них приходится иначе. В Киеве мозаика сама отвечает свету: золотые кубики смальты ловят лучи и отдают их обратно, и образ работает как сияющая поверхность. В Сен Дени и Шартре всё иначе: изображение существует, только пока сквозь него идёт солнце, и зритель стоит уже не перед образом, а внутри цветного света. Мне показалось важным, что это различие не придумано историками, а встроено в сам материал. Смальта отражает, стекло пропускает. Отсюда разница в переживании: в одном случае мы смотрим на сияние, в другом купаемся в нём. Это исследование о том, как техника превращается в способ видеть.
Ключевой вопрос и гипотеза
Ключевой вопрос исследования звучит так: что происходит с одним и тем же священным образом, когда меняется физика его сияния? Гипотеза: образ остаётся тем же, а способ его сияния меняется радикально. В мозаике образ сам отражает свет, и зритель смотрит на него как на самосветящуюся поверхность. В витраже образ существует, только пока сквозь него идёт свет, и зритель оказывается внутри этого света, окружённым цветом. Проверить это можно визуально: сравнивая материал (смальта и цветное стекло), расположение образа относительно источников света и положение зрителя. Именно этим занимается визуальный ряд работы. Если гипотеза верна, за разницей техник должна стоять и разница в переживании образа: созерцание поверхности против пребывания в свете.
«Приземлённый ум восходит к истине через материальное и, видя этот
свет, воскресает из прежнего оцепенения»
Сугерий, аббат Сен-Дени. Надпись на бронзовых вратах базилики, около 1140 года [3]
Богоматерь: Оранта и Прекрасное окно
В Киеве это Оранта, «Нерушимая стена», в конхе главной апсиды Софии. В Шартре это знаменитое «Прекрасное окно», Богоматерь с Младенцем на троне. Обе фигуры фронтальны и масштабны, обе находятся в самых светлых местах храмов. Но одна сияет сама, а вторую делает видимой солнце. Разберём, как именно.
«Нерушимая стена» Мозаика конхи центральной апсиды собора Св. Софии, Киев. Около 1040-х годов
Поверхность, которая отвечает
свету
Оранта стоит в вогнутой раковине апсиды, высота фигуры около 5,5 метра. Руки воздеты, взгляд обращён к Христу в куполе: Мария молится за род человеческий, и киевляне веками называли эту мозаику «Нерушимой стеной».
Главный материал здесь золото. Кубик золотой смальты устроен хитро: между двумя слоями стекла запечатана тончайшая золотая фольга. Мастера вдавливали кубики в сырую штукатурку под разными углами, поэтому фон не блестит ровно, а мерцает: каждый кубик ловит луч в свой момент. Палитра мозаик Софии насчитывает 177 оттенков, из них 25 оттенков золотого.
«Среди смальт золото является наиболее светоносным материалом,
так как при поблескивании оно само превращается в источник свет» [1]
Неизвестные византийские мастера. Алтарная апсида Софии Киевской: Оранта, Евхаристия и святительский чин. Мозаики XI века
Где стоит зритель
София Киевская освещена сдержанно: свет идёт из окон барабана купола и боковых апсид, а вечером в дело вступают свечи и паникадило. Мозаики сосредоточены именно там, куда попадает больше света: в алтаре и в куполе. Остальные поверхности расписаны фреской, которая при любом свете держится тише.
Золото работает здесь как изображение рая: не просто дорогой материал, а вещественная метафора нетварного света. Пока зритель движется по храму, мерцание меняется и образ кажется живым. Мозаика не зависит от солнца напрямую: она отвечает на любой свет, включая пламя свечи, и потому «включена» всегда.
Вечером храм освещают свечи и паникадило, и физика сияния не исчезает, а меняет характер: ровный свет из окон уступает место дрожащему, тёплому, идущему снизу. Косые лучи свечей выхватывают одни ряды тессер и прячут другие, поэтому ночью Оранта мерцает иначе, чем днём. Витраж в такой момент просто гаснет. Это самое наглядное различие двух техник: мозаика отвечает на любой источник света, витраж существует только при солнце.
Неизвестный мастер. Notre-Dame de la Belle-Verrière («Прекрасное окно»). Витраж южной обходной галереи хора собора в Шартре. Центральные панели около 1180 года, обрамление 1215–1220 годов
Цвет, который проходит сквозь
«Прекрасное окно» устроено иначе. Центральные панели с Богоматерью и Младенцем сделаны около 1180 года и пережили пожар 1194 года; в новое здание их вставили в обрамление 1215–1220 годов. Синий плащ Марии называют «шартрским синим»: глубокий кобальт, который потом не могли повторить десятилетиями.
Физика здесь другая. Смальта отражает падающий свет, а витражное стекло его пропускает и окрашивает. Цвет существует только в тот момент, когда сквозь стекло идёт солнце. Зритель видит не поверхность, а светящееся тело изображения, и сам стоит в цветном луче, который ложится на пол и на лица. Утром окно одно, вечером другое, в пасмурный день третье, а ночью превращается в тёмную стену: образ буквально исчезает без света.
Отсюда разница в положении зрителя. Перед Орантой мы стоим и смотрим на сияние. Перед «Прекрасным окном» мы оказываемся внутри сияния: оно окружает нас и касается одежды.
Благовещение: диалог у арки и свет сквозь стекло
В Софии Киевской Благовещение написано на столпах триумфальной арки: архангел Гавриил и Богоматерь стоят друг напротив друга и разделены пролётом. В Сен Дени эта сцена входит в витраж «Детство Христа», в Шартре занимает осевое окно апсиды. Один сюжет, три решения света.
Неизвестные византийские мастера. Архангел Гавриил и Богоматерь. Мозаики триумфальной арки Софии Киевской. Около 1040-х годов
Диалог через арку
В Киеве Гавриил и Мария разделены пространством арки, но объединены золотым фоном. Мария держит пряжу: по апокрифу она пряла пурпурную нить для завесы Иерусалимского храма, когда к ней вошёл ангел. Гавриил идёт с мерилом, посохом посланника.



