Живописность в манге Иноуэ Такэхико, Осими Сюдзо, Асано Инио

1. Концепция
2. Иноуэ Такэхико
3. Осими Сюдзо
4. Асано Инио
5. Вывод
6. Источники

Данное визуальное исследование представляет собой анализ живописных приемов используемых современными мангаками.

Большинство коммерческой манги используют четкий контур, нарисованный G-пером, что делает линию однородной, контролируемой и воспроизводимой.

Однако ряд авторов сознательно отказывается от этого стандарта, используя живописные техники, в которых случайность, фактура и материальность инструмента становятся частью высказывания.

Именно живописность является предметом этого исследования.

Тема была выбрана из-за того, что живописность манги мало изучена. Большинство академических исследований рассматривает мангу в основном как нарративный медиум, уделяя особое внимание структуре страницы и раскадровке, а не технике исполнения. Между тем смысл работы Иноуэ Такэхико, Осими Сюдзо и Асано Инио напрямую определяется и передается выбранными авторами инструментами.

Принцип отбора материала: для анализа были выбраны три автора, каждый из которых по-своему реализует живописный подход в манге.

В манге «Бродяга» Иноуэ Такэхико использует технику суми-э и принципы японской живописной традиции, используя традиционную тушь и каллиграфическую кисть.

В мангах Осими Сюдзо «Цветы зла», «Кровавая колея» и «Счастье» он использует непредсказуемые материалы, такие как жидкая тушь, акварель, пастель и цветные карандаши, чтобы передать психологические состояния персонажей.

В манге «Спокойной ночи, Пунпун» Асано Инио создает изображение на основе цифрового коллажа из собственных фотографий, используя Photoshop для создания живописных эффектов.

Все иллюстрации приводятся на языке оригинала либо в официальных изданиях на англоязычном языке; в подписях указывается имя автора, название произведения, год публикации и источник.

Исследование состоит из трех основных глав — по одной главе на каждого автора. Такая структура позволяет рассматривать каждый художественный метод в соответствии с его собственной логикой, не смешивая различные подходы. В каждой главе рассматриваются два вида живописности: «акварельный» (прозрачность, размывы, работа с незаполненным пространством) и «пастозный» (плотная фактура, наложение слоев, вес и материальность штриха). В конце главы они сравниваются.

В качестве источников используются интервью с авторами, академическое исследование структуры манги «How Panel Layouts Define Manga: Insights from Visual Ablation Experiments» (arXiv: 2412.19141), а также критические материалы издания The Comics Journal, посвященные творчеству Асано Инио. Эти источники позволяют сопоставить авторскую оценку своего метода с взглядами извне.

Ключевой вопрос заключается в том, как выбор живописной техники, будь то традиционная или цифровая, влияет на то, как читатели воспринимают страницу манги?

Гипотеза: в манге живописность используется для создания смысла, а не для украшения. У всех трёх авторов «акварельность» связана с передачей состояний неопределённости, паузы или утраты контроля, а «пастозность» — с психологическим весом, телесностью и давлением.

Каждый автор использует эти приемы для своих целей: для Иноуэ Такэхико пустота страницы означает присутствие и сосредоточенность, для Осими Сюдзо размытие формы указывает на ее распад, а для Асано Инио — на одиночество человека в сложном, но неопределенном городском пространстве.

Выбор инструмента Иноуэ Такэхико является отправной точкой для понимания его графики. В «Бродяге» он работает каллиграфической кистью, а не стальным пером, который обычно используется мангаками. Иноуэ объяснил это в интервью так: он хотел создать тёмную, грязную фактуру, подобную «Семи самураям» и «Расёмону» Куросавы. Кисть, в отличие от пера, не создает однородного штриха. Толщина и насыщенность штриха зависят от нажима, скорости и количества туши на ворсе. Контур становится следом конкретного жеста, а не простой границей формы.

Эта особенность определяет две устойчивые черты графики «Бродяги»: плотную, фактурную тушь и незаполненное белое пространство листа. Ниже представлены оба метода.

Белое пространство

В нескольких сценах «Бродяги» Иноуэ убирает из кадра окружение. Фигура персонажа появляется на пустом листе, образуя контрастное пятно. Хотя у Иноуэ в интервью и не было прямой связи с традицией живописи тушью суми-э, но этот метод визуально соотносится с ней.

Мусаси стоит на белом фоне в молитвенной позе. Нетронутая бумага контрастирует с плотной, насыщенной тушью на одежде и волосах. Белое пространство вокруг фигуры создает ощущение тишины и воздуха, а не отсутствие фона. Иноуэ не заполняет лист; вместо этого он позволяет листу работать самостоятельно.

В боевых сценах тот же метод приводит к противоположному результату: он приводит к динамике, а не к покою.

Дуэль на снегу: нет фона, кроме снежных брызг под ногами. Существуют два силуэта в абстрактном пространстве. Ничего не может отвлечь внимание от столкновения тел. Мазки, которые показывают движение одежды и снега, нанесены широко и неравномерно, линия нигде не одна по толщине.

Отказ от баблов

В масштабных батальных сценах Иноуэ отказывается от баблов и звуковых эффектов — действие передаётся только через изображение. При этом степень детализации настолько высока, что разворот начинает читаться не как страница манги, а как отдельное живописное полотно. Охват, плотность штриха и отсутствие сюжетных подсказок напоминают исторические батальные картины.

Фактура туши

Второй характерный приём автора — работа с сухой кистью. Когда вы работаете с сухой кистью, она образует расщепленные следы с белыми просветами внутри штриха, когда тушь на ворсинках почти иссякает. Этот эффект напрямую связан с материальностью кисти; перо не может повторить его.

В сценах, где нарратив уступает место душевному состоянию персонажа, Иноуэ использует графику кистью с минимальным количеством деталей: плотная чернота фона, едва заметные блики корректора и отсутствие растровых тонов. Страницы выглядят как тушевой рисунок или суми-э, а не стандартная печатная манга.

Такая минималистичная, местами грубая техника контрастирует с детализацией в начале битвы, подчеркивая психологическое состояние персонажа и передавая его сложные эмоции.

Осими Сюдзо использует различные методы в зависимости от того, что нужно передать. В «Кровавой колее» используются монохромная тушь и перо с элементами свободной штриховки кистью. В своей «Счастье» он использует пастель, акварель и цветные карандаши. В «Цветах Зла» — тушь и импрессионистская графика. В любом случае выбор материала зависит от состояния героев.

Смешанная техника

Осими использует смешанные техники в первой главе «Счастья», смешивая пастельные рисунки с акварельню и цветными карандашами. Акварель используется здесь двумя способами: как легкая тонирующая заливка для повседневных сцен, а также как отдельный живописный элемент, который самостоятельно накладывается на рисунок. Интересен контраст между жестокостью происходящего и яркой пастельной графикой, отсылающей к детству.

Графика в стиле импрессионизма

Также в «Счастье» Осими использует прямую живописную цитату. В некоторых сценах решение ночного небосвода напоминает «Звёздную ночь» Ван Гога, включая концентрические круги вокруг источников света, вихревые движения штриха и чувство, что небо живет и движется. В данном случае этот прием показывает момент счастья главного героя.

Осими повторяет этот прием и в «Цветах зла», изображая пейзаж в воспоминаниях Савы. Полностраничный кадр без текста. Длинные параллельные линии с точечным пунктиром создают ощущение вибрирующего воздуха в небе и напоминают рельеф масляной живописи. Страница выступает в качестве отдельной графической иллюстрации.

Грубая кисть

В последней главе сосуществуют два противоположных изобразительных регистра: импрессионистский пейзаж и грубые кистевые силуэты, изображающие окружающих людей с точки зрения Савы.

Метод Асано Инио отличается от двух предыдущих авторов тем, что он не рисует фоны от руки. Он снимает настоящие уличные места, переводит снимки в чёрно-белое и печатает их, а ассистенты дорисовывают детали поверх них для уличных сцен. Программы 3D-моделирования позволяют создавать интерьеры в ракурсах, которые физически недоступны для камеры. С 2018 года Асано также использует Blender и Unreal Engine для создания сцен, которые не могут быть реализованы с помощью фотографии. Он вручную рисует персонажей на фоне.

Фотографический фон отличается от рисованного тем, что он не содержит авторской интерпретации — фотография фиксирует пространство, а не описывает его; кроме того, он содержит уровень детализации, который карандашом невозможно воспроизвести. Персонаж, нарисованный от руки, находится в реальном городе, но визуально не совпадает с ним.

Асано обрабатывает фотографии таким образом, что они воспринимаются как тональные рисунки, а не документальные снимки: контраст усиливается, полутона сжаты, а текстуры земли и неба приобретают графическую плотность. В панорамных сценах детализация фотографического пейзажа сравнима с академической гравюрой.

Небо создано цифровой обработкой фотографии и имитирует рисунок тушью: звёзды — белые точки на плотном чёрном фоне, деревья имеют максимальный контраст и становятся пятном. На таком фоне особенно выделяется мягко нарисованный персонаж.

Страница без персонажей: только песок, следы ног, вода и небо — всё изображение фотографическое. Для манги это редкий случай: страница не содержит ни одного рисованного элемента. Следы на песке обозначают присутствие человека, которого нет в кадре.

В эпизодах психического срыва Асано изменяет стандартную логику страницы. Детали исчезают в заливке, когда фоны фотографий доводятся до максимального контраста. Рисованные персонажи становятся менее четкими по контурам. Рисование и фотография перестают различаться между собой.

Три рассмотренных автора используют живописность не как стилистическую особенность, а как осознанный приём. Для техники, в которой материальность инструмента становится частью изображения, каждый из них отказывается от традиционного инструмента коммерческой манги, однородной линии стального пера.

В результате их методы имеют различную структуру и различные визуальные эффекты. Иноуэ Такэхико связал живопись с физическим жестом: след, оставленный кистью, который зависит от нажима, скорости и количества туши, читается на странице как запись конкретного движения руки. Не фон, а активный компонент композиции — незаполненная бумага. Страница становится отдельным изобразительным объектом и может быть рассмотрена отдельно от сюжета.

Работа Осими Сюдзо с живописью связана с непредсказуемостью материала: акварель растекается, пастель оставляет неоднородный слой, штриховка теряет четкость в кульминационных сценах. Здесь техника напрямую связана с содержанием: чем более разрушительное психическое состояние персонажа, тем менее контролируемое изображение. Осими всегда выбирает инструмент, чтобы показать.

Асано Инио использует смешение двух визуальных регистров — фотографического и рисованного — для создания своей живописи. Персонаж, изображенный на фотографии, схематичен и субъективен, а фон нейтральный и детализирован. Когда они находятся рядом, кажется, что люди и пространство существуют по разным изобразительным законам и не совпадают друг с другом.

Таким образом, гипотеза исследования подтверждается. Несмотря на то, что живописность является методом, который создает смысл, а не просто украшает, она применяется к каждому автору по-разному: у Иноуэ через жест и паузу, у Осими через разрушение формы, у Асано через смешение фотографии и рисунка. Во всех трёх случаях техника исполнения страницы является компонентом содержания, а не просто средством передачи.