Трансформация образа Севера в выставочных проектах Республики Коми

Культурное пространство в Республике Коми было и остаётся очень институциализированным. Идентичность региона обычно репрезентируется в выставочных проектах довольно односторонне — спекуляция традицией, языком и первичными «туристическими» ассоциациями, наверное, никогда не надоест культурным институциям, создающим проекты. Республика Коми географически находится в условиях отсутствия удобных транспортных артерий, а как следствие — отсутствия агломерации. Этот фактор в сочетании с попыткой институций монополизировать искусство региона влияет на развитие любых культурных проектов.

Северность, принадлежность к северной территории как идентичность до недавнего времени не была широко репрезентирована в проектах. Глобальный образ севера представлялся через традицию, промышленность и религию, причём довольно экзотизированно и узко. Риторика, в которой север рассматривается не как своеобразный «аппендикс», а как самостоятельное, гибкое и интересное пространство пространство, поднимается в других северных регионах: в Мурманской области, Ямало-ненецком автономном округе, Республике Карелии, Красноярском Крае, Республике Саха. Респбулика Коми на карте северных территорий остаётся серым пятном, которое зрителю (как находящемуся в регионе, так и за его пределами) трудно идентифицировать и как-то охарактеризовать.

Конечно с течением времени и с популяризацией новых нравственных, этических и антропологических представлений о жизни коренных народов Севера образ идентичности трансформируется, приобретает новые черты. Эта трансформация проявляется по большей части благодаря редким независимым выставочным проектам и связывается с изменением роли куратора в проекте.

Выставка как продукт является потенциально эффективным способом преподнести образ севера целостным и в то же время многогранным. В Коми формат выставки активно используется как средство для попытки начать диалог, но без грамотного взгляда куратора попытка остаётся попыткой.

Выставочное проектирование в Республике Коми начало серьёзно реформироваться совсем недавно, поэтому в культурных проектах региона легко отслеживается эволюция образа Севера и отношения людей к определению собственной идентичности. Визуальное исследование рассматривает репрезентацию Российского Севера в разных выставочных проектах Республики Коми, описывает практики, используемые художниками и командой проектов для построения образа Севера, ошибки в работе с наследием, а также фиксирует изменение кураторского взгляда на эту тему, процесс раскрытия новых граней локальной и национальной идентичностей, реакцию зрителя на проекты.

Художественная среда в Республике Коми долгое время оставалась в довольно консервативном и малоподвижном состоянии — главной темой в выставочных проектах были промысел и традиционный образ жизни. Роль выставочного куратора в такой системе сводилась к отбору экспонатов и определению порядка их экспонирования. Дискурс о деколониальности в таких проектах даже не поднимался, поэтому куратор, даже если он и был, выбирал удобную временную историческую иерархию и просто собирал коллекцию для экспозиции. Зачастую подобные выставочные проекты вообще не оперировали (и до сих пор не оперируют) ролью куратора.

Образ севера в культурном пространстве Республики Коми рассматривался скорее как туристический продукт, подкрепленный яркими первичными ассоциациями, нежели как самостоятельное пространство со специфической идентичностью. Продвижение абсолютно экзотизированного образа во многом поддерживал нарратив большинства выставок, проходивших в регионе.

Впервые за 27 лет в Национальной галерее Республики Коми сменилась постоянная экспозиция. С 2021 года здесь проходит выставка «Коми. Человек. Ландшафт. Миф» — это собирательный художественный образ Коми края в профессиональном искусстве середины XX — начала XXI века. Экспозиция развернута в четырех залах, каждый из которых соотносится с одной из ведущих тем: «образ Севера», «освоение», «миф», «традиция».

Автором идеи выставки стал Пьер Броше, а руководителем проекта — Ирина Чернова, директор Национальной галереи. Несмотря на наличие сформированной команды в выставке нет куратора или кураторской группы. Журнал «Регион» называет проект «Коми. Человек. Ландшафт. Миф» продуктом «коллективного труда единомышленников» — сотрудников галереи, искусствоведов, историков.

Нарратив в экспозиции, на первый взгляд, выстроен вполне логично — зритель движется от раздела к разделу (от зала к залу) и по кусочкам собирает картину региона. Тем не менее, местами ощущается дробность смыслов и отсутствие конкретики в репрезентации образа Севера.

Раздел «Освоение» показывает процесс покорения севера Республики Коми вполне объективно и многосторонне, хоть и не избавляется окончательно от колониальной риторики. Освоение не рассматривается отдельно от самой болезненной части его истории — ГУЛАГа. На выставке представлены произведения репрессированных художников, чьи глаза видели север холодным и беспощадным.

Взгляд художника-заключённого не единственный — он закономерно сменяется на работы поколения 60-70-х годов, когда мечты о покорении Севера стали символом стремления к лучшей жизни и к всеобщему счастью. Север в разделе «Освоение» — территория одновременно покорная, позволившая людям построить на своей земле гигантскую промышленность, и непокорённая — суровая и независимая.

Гораздо хуже дела обстоят в разделе «Миф». Экспозиция обращена к религии Республики Коми, которая строится на язычестве, перетекшем в христианство.

Вера язычников практически полностью переформулирована в мифологизированную историю, легенду, в правдивости которой зритель скорее всего усомнится. Наследие, оставленное языческой верой, отражающее культуру Севера, просто представили как небылицу. Главным лицом раздела сделали миссионера и просветителя Стефана Пермского, который принес христианство на северные земли. Если углубляться в детали истории, миссия Стефана Пермского использовала абсолютно колониальный подход, в результате которого было уничтожено не одно языческое поселение.

Фигура Стефана Пермского довольна популярна в глобальном разговоре о коми культуре, нарратив о благородной христианизации и «научении» настоящей вере «аборигенных» язычников считается в исторической среде почти устоявшимся. А, например, чудский народ, который оказался практически полностью истребленным из-за отказа принимать христианство, был в итоге мифологизирован. В 2022 году сотрудница Национальной галереи убеждала меня в том, что «чуди белоглазой» никогда не существовало и что она — всего лишь народ, вышедший из мифов (потомки чудского народа живы до сих пор — они частично сохранили чудский язык, традиции и обычаи).

Выставка совершает попытку представить экспозицию как историю, и местами команде проекта это удаётся: в некоторых разделах северная идентичность представлена разносторонне и при этом очень цельно. Скорее всего это связано с изначально понятной стратегией репрезентации: например, невозможно не упомянуть про труд заключённых в экспозиции о попытке покорить север.

Нарратив всё-таки упирается в нежелание производить кураторское исследование. Проблема выставки во многом — в отсутствии глубокого кураторского взгляда на тему северности и понимания аспектов, которые первоочередно хочется исследовать.

В 2021 году в Коми прошла первая коми биеннале современного искусства. На странице проекта концепция объяснена следующим образом: «концепция Первой Коми биеннале — исследование, которое проводят художники, примеряя на себя роль ученых, путешественников, и в какой-то степени даже первооткрывателей.» Биеннале носила многообещающее название «Новое открытие Севера», которое можно трактовать по-разному: с одной стороны биеннале становится свежим подкреплением образа Севера, с другой стороны — биеннале призвана переоткрыть северную идентичность региона.

Комиссаром коми биеннале стал коллекционер и арт-менеджер Пьер Кристиан Броше, более подробной информации о кураторской группе и в целом о команде проекта в открытом доступе нет. Несложно предположить, что куратор или кураторская команда всё-таки были — проект охватывал широкую географию художников и был реализован на нескольких площадках в разных форматах.

Главная проблема коми биеннале — колониальность кураторского взгляда, который, пускай местами даже косвенно, но проник в работы художников. Несоблюдение принципа соучастия проявлялось и в процессе разработки проектов к биеннале, и в первоначальном отборе художников и экспертов.

География художников была разнообразной, но практически не затронула территорию региона. Единственным художником, который имел опыт взаимодействия с контекстом Республики Коми, был Игорь Самолёт — в 2008 году он окончил Сыктывкарский государственный университет и позже переехал в Москву. Местное художественное сообщество оказалось исключено из процесса работы над биеннале.

Следует сказать, что география художников и команды проекта не несет смыслового ущерба проекту тогда, когда корректно выстроена работа куратора проекта.

Художественный взгляд на Республику Коми в рамках биеннале оказался «размазанным»: например, художнику Ивану Горшкову казалось в процессе исследования, что все что угодно, помещенное в эту природную и культурную среду будет выглядеть инородно и неуместно. Стало ясно, что нужно создать что-то максимально контрастное. В итоге было решено сделать надувную скульптуру, основанную на найденных интернет-картинках и образах, отсылающих к цифровой реальности. В рамках проекта была создана серия фотографий с этой работой в заповеднике Югыд ва.

Проект не переосмысляет северный ландшафт, не наделяет его новыми свойствами, а отказывается говорить о локальном контексте. Он будто становится неосмысляемым и слишком сложным для художника. Попытка совместить минимализм ландшафта и эклектику скульптуры Горшкова выглядит не как способ создать уникальный взгляд, а как возможность уместить стилистику художника в регион без углубления в контекст.

Работы оказались хоть и эстетически приятными, но отдалёнными от истинного контекста севера. В большинстве из них затрагивались национальный и локальный контексты места, довольно неочевидные темы и вопросы. Однако в итоге получилась сборная солянка из образов, не претендующих на конкретику. Смешение исторических и культурных пластов — не идея, а ошибка, возникшая из-за отсутствия экспертного состава. Интеграции местных художников не произошло, местные эксперты в лице историков, краеведов, лингвистов были глобально так же исключены.

Глобально коми биеннале стремилась поднять диалог о новой коми культуре и «растормошить» малоподвижное локальное сообщество. В какой-то степени команде проекта это удалось — диалог правда возник, сообщество ожило в обсуждении новых кураторских подходов, деталей работ. Если приглядываться более внимательно, то биеннале — только симуляция диалога о Севере. Художники с разных уголков страны должны были привнести свой уникальный взгляд и опыт, а на деле сняли с культуры Севера первый ассоциативный слой и смешали его со странными неуловимыми смыслами. Кураторская команда не оснастила художников нужным материалом, экспертным мнением, которое не позволило бы экзотизировать культуру. Местный житель, зритель выставки, который пришёл увидеть новое о своём родном Севере, увидел то, что в итоге не поддаётся рефлексии.

Менять выставочную среду Коми стали именно независимые инициативы. В 2021 году Револьт-центр* организовал арт-резиденцию «этно / эко» для художников Северо-западного федерального округа. Куратором выступила Кольчурина Светлана — арт-менеджер из Петразоводска. Арт-резиденция «этно / эко» глобально призывала вернуться к традиции заботиться об идентичности не только национальной, но и локальной. На итоговой выставке резиденции «Свойство слоя» Республика Коми предстаёт перед зрителем не только как северный регион, богатый на традиции и национальную идентичность, но и как место со сложной историей — экологическими катастрофами, проблемами сохранения языка, архитектурного наследия, некомфортной урбанистической средой.

Ян Посадский, один из художников резиденции, в работе «Нывка» поднимает тему хрупкости культуры коренных народов. С помощью технологии кодирования он изобразил на деревянном здании меловой портрет девушки (с коми языка — «нывка»). Сам художник говорит о работе: «Совсем скоро её смоет дождями и ветрами. Она исчезнет. Исчезнет также, как и исчезают цивилизации, ассимилируются малые народы, уходят языки. Нет ничего в человеческой цивилизации, что осталось бы навсегда. Исчезнет всё.»

Традиционная культура наконец не просто репрезентируется, а сталкивается в произведении художника с реальной проблемой — собственным пограничным состоянием. Художник и урбанист из сыктывкара Дмитрий Махов в своей работе поднимает остросоциальную тему — он рассуждает о проблеме экологических катарстроф, добычи ресурсов, истощающей регион, о локальных урбанистических проблемах города.

Стартовые условия арт-резиденции чем-то напоминают коми биеннале: есть «привозной» куратор, есть «привозные» художники, есть локальная площадка. Светлана Кольчурина задаёт верный вектор движения, а точнее сразу два вектора: арт-резиденция приглашает локальных художников и выходит в город: проходят арт-интервенции, городские урбанистические исследования, случается паблик-арт. Север в итоговой выставке становится не образом из прошлого или отстранённо-громадным неосмыслимым слоем информации, а родным, локальным, чем-то вполне ощутимым. Наконец образом Севера становится человек, который сталкивается с проблемами, бытом жизни в приполярье, осмыслением собственной идентичности.

В 2023 году в Револьт-центре открылся выставочный проект «Если заблудился один ночью или в пургу» под кураторством Антона Вальковского. Проект препарирует тему индигенных знаний коми народа. Это первое подобное исследование о коренных народах, нашедшее реализацию в формате выставки.

Куратор Антон Вальковский виртуозно работает с проектами из области трудного наследия, особенно на территориях российского Севера. Он всегда оперирует принципом «ничего о нас без нас» и очень бережно и объективно работает с тяжелыми проблемами. В проекте «Если заблудился один ночью или в пургу» он привлекает большое количество консультантов — носителей специфического опыта и представителей сообществ происхождения.

Сам Антон пишет в кураторском тексте: «…в исследованиях нередко отражались негативные предустановки (оценка элементов традиционной культуры как „низких“, „нецивилизованных“, „варварских“), мистификация и фрагментация знаний коренных народов, изобретение несуществующих традиций или их неверное истолкование при переводе с коренных языков. Распространенная в современности реконструкция элементов традиционной культуры, по описаниям этнографов и культурных антропологов, подчас является некорректной, поверхностной и копирует лишь внешние (декоративные) атрибуты без понимания сути традиционных практик.»

Работы художников раскрывают образ региона через разные системы индигенных знаний. Художница Майя Сябро рассуждает о западоцентричности современной астрономии и игнорировании реалий других культур, в том числе и коми. Индигенная астрономия — это практики коренных сообществ, подразумевающие использование и изучение астрономических объектов и их движений. Астрономия практикуется коренными народами для создания астрономических календарей, которые содержатинформацию о погоде, навигации, миграции, сельском хозяйстве и экологии.

Специалист в области музейной работы Анна Хайрова обращается к индигенной архитектуре и в качестве работы проектирует прототип охлупня — многофункционального архитектурного элемента коми избы. Контекстом для работы стали неудачные попытки сохранения деревянного наследия и музеефикации традиционной архитектуры коми, предпринятые в 1970-е гг. Под Сыктывкаром планировалась музеефикация наиболее ценных произведений сельской архитектуры. Музейные условия позволили бы сочетать экспонирование архитектурных объектов с предметами бытовой обстановки, моделировать среду обитания крестьянства.

На выставке экспонировалась и моя работа, предлагающая взаимодействие с опытом Татяны Каневой, выполнявшей функционал чумработницы на протяжении более 30 лет. Я исследовала предметный мир чумработницы: какие задачи она вынуждена решать ежедневно, с какими предметами она чаще всего взаимодействует, какие операции и процедуры чаще всего совершает.

Размышляя о принципах северного дизайна в условиях быта оленеводов и чум-работников, я спроектировала прототип полифункционального предмета, составленного из автономных модулей. Предмет не несет единой главной функции, хоть в собранном виде и напоминает стакан с ручками. Каждый из элементов создан на базе реально используемых в чуме вещей.

Особенностью проекта стала предметность: куратор предложил художникам не теоретическое размышление, а практическую задачку: как индигенное знание репрезентирует современную коми культуру и как оно может быть применено в жизни? Благодаря кураторской работе Антона Вальковского выставка стала готовым большим исследовательским и художественным проектом, взаимодействующим с территорией Севера, а не консервирующим её.

Северность во много определила глобальную идентичность России — в разное время север был историческим, геополитическим, промышленным центром. Север собрал в себе огромное количество этносов, культур и языков, стал местом возникновения уникальной локальной идентичности, которая ярко выражена и в условиях современности. Несмотря на то, что физически Север занимает огромнейшую территорию, в общем культурном пространстве он будто задвинут на периферию как нечто далёкое, холодное, недостижимое и пустое. Центром цивилизации становится Запад, на фоне которого Север становится аборигенным и неразвитым.

Самое печальное, что такой западоцентричной системы придерживаются и жители северных регионов России. В Республике Коми такое отношение к региону очень заметно: локальные культурные проекты не наделяют Север живым характером, а консервируют его. Культурное пространство Республики Коми начало развиваться относительно недавно. Появились независимые институции, появилось понимание роли куратора в проекте. Если рассматривать хронологию последних проектов в Коми, то именно кураторский взгляд стал точкой для нового взгляда на Север. Именно кураторский подход культивировал необходимость исследования региона, необходимость диалога с местным сообществом, соучастного проектирования.

Кураторское выставочное проектирование в Республике Коми до сих пор продвигается вперед очень маленькими шажками, но благодаря независимым проектам Север сам наконец разглядел свою ценность.