Вода как соавтор в звуковой скульптуре

В моем визуальном исследовании сначала мы разберем скульптуры, в которых вода максимально контролируема и спокойна, к работам, где вода становится все более дикой и хаотичной. Перед этим я ввела общие главы, которые погружают читателя в тему и объясняют феномен звуковых скульптур. После этого каждая глава говорит об отдельной конкретной скульптуре. Порядок представления работ определяется степенью отпущенного художником контроля над стихией. Каждая глава, посвященная скульптуре, разбирает работу самого устройства, а так же рассказывает о идеях автора, которые он вкладывал при создании этих работ.

Анализ каждого произведения строится по принципу перехода от материального к метафорическому. Сначала разбирается принцип работы и устройства скульптуры, материалы, которые использует автор и как они влияют на воспроизводимый звук. Далее перейдем к значению работ и тому, какой смысл они в себе несут.

Моя гипотеза заключается в том, что главное различие между рассматриваемыми скульптурами заключается в степени контроля, которую автор передает стихии.

Понятие звуковая скульптура появилось во второй половине двадцатого века, хотя сама идея соединения звука и формы имеет глубокие исторические корни. В отличие от традиционного музыкального инструмента, предназначенного для исполнения заранее сочиненной композитором партитуры, звуковая скульптура порождает звук как сопутствующий, неотъемлемый или случайный результат своего существования. Она не предполагает наличия музыканта в привычном для нас понимании.

Звуковая скульптура не говорит напрямую о чувствах и мыслях автора. Ее существование просто происходит во взаимодействии со стихией и миром вокруг, который побуждает её звучать. Звуковая скульптура предлагает зрителю не анализировать, а внимать хаотичным звукам. Зритель освобождается от навязчивого поиска смыслов и остаётся наедине со своими ощущениями. Таким образом, звуковая скульптура предстает скорее не как жанр искусства, а как средство переосмысления чувственного восприятия.

Вода выделяется среди других сред для создания звуковых скульптур своими неповторимыми характеристиками, непохожими на взаимодействие с воздухом или твёрдыми материалами. Например, в сравнении с воздухом, движение и силу которого легче предугадать и его наличие можно понять только по колыханию других объектов, вода сама по себе видима. Она отражает и преломляет свет, бурлит, формирует потоки. Любой звук, рождённый водой, неразрывно связан с визуальным проявлением.

Хаотичность воды позволяет ей принимать разные формы, она может быть совершенно разной, нежной и разрушительной или тихой и громкой, и именно это мне больше всего нравится в работе с водой. Выбор типа водоема для звуковой скульптуры определяет её характер. Бурсье-Мужено использует маленький искуственный бассейн, а Задар и Ричардс работают с солёной водой со свободным нравом. Вода перестаёт быть просто физическим элементом и становится способом передать задумку автора.

Первое, что видят перед началом выставки посетители галереи это инсталляция Селеста Бурсье-Мужено, которая представляет из себя неглубокий, заполненный водой бассейн, вода в нём медленно циркулирует и ее движение контролируется, а по поверхности плавают десятки фарфоровых чаш.

Все чаши расположены по разному. Некоторые из них большие, другие меньше. Течение внутри водоема сталкивает чаши и заставляет их касаться друг друга и стенок бассейна. В этих столкновениях и заключается суть работы инсталяции, в момент соприкосновения рождается звук, который благодаря акустике звонко раздается по помещению.

Благодаря форме здания, в котором расположен бассейн, звуки создают собой звонкую симфонию, которая обволакивает каждого посетителя этого места и настраивает на дальнейший поход по музею.

Под этими ступенями скрыта система из тридцати пяти труб разной длины и диаметра, как у органа. Когда волны набегают на ступени, они загоняют воздух в трубы, и бетонная набережная начинает петь. Это пение никогда не повторяется, потому что море никогда не повторяет свое движение точь в точь.

Задарский орган важен как пример того, как звуковая скульптура может стать частью городской среды. Задар до войны был известен прежде всего римскими и венецианскими памятниками, а после войны он получил новую достопримечательность. Орган стал символом города, его визитной карточкой и местом, которое обязательно посещают туристы.

Его скульптура говорит голосами умерших через воду, как бы говоря, что смерть тоже является частью природного цикла. Камни, некогда служившие напоминанием о смерти, теперь стали частью архитектуры. Время стерло надписи с надгробий, но суть и задумка остались.

Место стало одним из любимых у тех, кому нравится слушать океан в разных его настроениях.

Четвёртая работа находится в Таиланде, именно там французский звуковой художник Феликс Блюм в 2018 году устанавливает на берегу, подверженном сильному разрушению, сотни бамбуковых шестов. В Таиланде их обычно используют как волнорезы, так как материал дешевый и находится в доступе всегда, это замедляет разрушение берега, забирая энергию волн на себя. Блюм добавляет к каждому шесту на вершине маленькую бамбуковую флейту, когда волна накатывает и загоняет воздух в полый бамбук, флейты издают свист, который и представляет из себя продукт этой скульптуры.

Скульптура Блюма существует не вечно, через какие-то годы она начнёт разваливаться, а после исчезнет почти полностью, и на её месте останется только воспоминание в звуке и очередное доказательство разрушительных последствий климатических изменений. Работа не рассчитана на вечность, что делает ее еще более уникальной, и увеличивает желание успеть посетить это место.

В каждой из работ роль воды и доля ее авторства менялась. Очевидно, что в свободной и дикой воде скульптура обретала более непредсказуемые звуки, чем в бассейне.

Но без участия человека все-таки этой музыки бы не случилось. Если бы авторы не решили установить свои скульптуры в непосредственной близости с водой, то музыки бы и не случилось. Да, вероятно при каких-то обстоятельствах вода бы смогла с помощью мусора или прилежащих к пляжу объектов создать подобный звук, но все-таки, я считаю, что факт запечатления этой музыки тоже важен.

В конце концов я и пришла к выводу, что соавторство в музыке вода разделяет в той же степени, в которой ей дана свобода, чем более дикая вода, тем больше она может привнести в звучание.